Архив новостей

Интервью с г-ном Виктор Чиботару, Заместитель BC “Moldindconbank” S.A. для агенства INFOTAG

23.06.2016

Акционеры Moldindconbank (MICB) готовы передать контроль над банком стратегическому инвестору, поиск которого они ведут с помощью консультанта в лице банка западной Европы. В интервью директору агентства «ИНФОТАГ» Александру ТАНАСУ вице-президент MICB Виктор ЧИБОТАРУ рассказывает о ситуации в банке, задачах менеджмента и политик банка, призванных обеспечить ему устойчивость и динамичное развитие.

Часть I. Специальное подразделение MICB анализирует риски будущих периодов

«И.»: Господин Чиботару, придя во второй раз работать в Moldindconbank, вы может сравнивать, к примеру, каким был надзор регулятора тогда и сейчас. Он изменился?

В.Ч.: С тех пор требования к банковской системе возросли в разы. Если, скажем, брать во внимание пруденциальные нормы, требования к достаточности капитала, рискам, раскрытию информации, то это совершенно другой банк. Сегодня так называемые департаменты compliance, отвечающие за управление рисками, - это, пожалуй, главные подразделения в современных банках.

«И.»: Не кредитный департамент?

В. Ч.: Нет. Куда важнее сейчас глубокий анализ и расчет рисков клиентов и рисков всех процедур внутри банка. Именно поэтому MICB, который хочет быть устойчивым и динамично развивающимся, должен все это иметь в своей политике. Мы являемся вторым банком в РМ, в котором создано такое специальное подразделение. Его главная цель - зорко следить за внутренними процессами и при этом как можно глубже анализировать всевозможные риски, которым потенциально может быть подвергнут банк.

«И.»: В государствах с развитой экономикой прибегают к политике «послаблений» и «смягчений», помогая банкам, обеспечивая их дополнительной ликвидностью. Насколько актуально это для Молдовы?

В. Ч.: Не только помогают, а в прямом смысле слова спасают. В момент, когда появились первые случаи «финансового послабления» возникло устойчивое выражение «too big to go bankrupt» («слишком большой, чтобы банкротить»). Это явление всегда было присуще финансовым рынкам, когда государства находятся в сложном положении, которое подталкивает их делать выбор в пользу непростого решения о том, кому, а главное, как помогать.

Иногда очень трудно сделать выбор, который не так уже велик - обрушить систему или согласиться на так называемый «мягкий вариант». Ведь, что такое «количественное послабление»? Это покупка ЦБ активов банков, которые не находят в данный момент покупателя на рынке. Но с другой стороны такие вливания «ликвидности» в финансовые учреждения имеют одно важное предназначение – поддержать банки в трудные для них периоды, когда заметно ухудшается ситуация в экономике, из-за чего многие хозяйствующие субъекты испытывают затруднения с производством и сбытом, что влияет на исполнение ими обязательств перед банком-кредитором.

«И.»: В кризисы все «ужимаются», в такие моменты продать что-либо практически невозможно…

В.Ч.: Когда экономика растет – это рынок продавца, а когда она падает – наступает время покупателя. В моменты, когда покупатель с деньгами выходит на рынок, его со всех сторон окружают продавцы, готовые продать ему активы. Но в любом случае, это гораздо менее рискованная стратегия работы, чем иметь бумаги эмитентов, означающих только записи на счетах. Поэтому любой кредит в банке Молдовы, если он не выдан с грубыми нарушениями регламента, имеет залог. Если вести речь о нашем банке, то у нас абсолютное большинство кредитов относятся к так называемой категории «рабочих».

«И.»: Как вы оцениваете состояние финансово-банковского сектора РМ, к которому приковано внимание внешних партнеров, особенно, МВФ и Всемирного банка?

В. Ч.: Экономика РМ в 2015 г. оказалась на пороге рецессии, когда падение ВВП составило 0,5%. Хотя в первом полугодии был зафиксирован рост 4,5%. Плюс к этому, характеристика роста первого полугодия. Его нельзя считать чисто «экономическим», поскольку он достигнут за счет финансовой составляющей, которую формировало существенное падение курса национальной валюты.

Я всегда был сторонником того, что мы в РМ не можем рассчитывать на экономический рост за счет удержания курса лея. В Молдове должна быть относительная стабильность курса национальной валюты, что НБМ успешно в последнее время делает. Понятно, что банки пребывают в прямой зависимости от ситуации на рынке. Еще два года назад кредитование было достаточно бурным, а сегодня рост резко замедлился, его показатель движется по прямой линии: сколько кредитов мы выдаем, примерно столько же нам и возвращают. Это связано с ситуацией в экономике, отношением и реакцией людей на кризис. Человек берет кредит либо для инвестиции, которую он делает под будущий долгосрочный спрос, либо же для «рабочего капитала» под краткосрочный спрос. И того и другого сейчас на рынке не наблюдается.

Часть II. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих!

«И.»: Для бизнеса в такой ситуации важна доступность финансирования, сроки, стоимость.

В. Ч.: И это тоже играет важную роль, ведь ставки по кредитам с середины 2015 г. резко выросли. До начала роста они пребывали в районе 11-12%, но с августа начался процесс роста, когда их средний по системе показатель достиг 18-19%. Всем участникам рынка понятно, чем вызван и продиктован такой рост - ужесточением монетарной политики, которое происходило так быстро, что даже анализу не поддавалось. Шутка ли, обязательные резервы выросли до 35%, когда каждый третий лей ставится банками в НБМ. Базисная ставка, по которой банки могли размещаться в НБМ, составила 19,5%, а по ЦБ министерства финансов доходность достигала 26% и выше.

Сейчас ситуация разворачивается в обратную сторону - улучшения и благоприятствования бизнесу. НБМ уже четыре раза подряд уменьшает показатель базовой ставки, но при этом регулятор не трогает обязательные резервы. Наверное, потому, что хочет досконально убедиться в том, куда двигается ситуация, происходит ли реальное выздоровление экономики и хозяйствующих субъектов. Я думаю, что НБМ снизит резервирование лишь тогда, когда увидит, что у банков есть потребность в кредитных ресурсах. Пока же мы не наблюдаем спроса.

«И.»: С учетом «обособленности» финансового рынка РМ, необходимо ли «смягчение», когда и банкам, и их клиентам трудно из-за спада в экономике, снижения потребления, импорта и экспорта?

В. Ч.: Я бы сказал, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Звучит жестоко, но это так и есть на самом деле. Роль НБМ должна заключаться в обеспечении постоянного надзора за рынком, и готовности в любой момент мгновенно вмешаться в ситуацию тогда, когда регулятор считает, что что-то идет не так как надо.

«И.»: Из вашего опыта, разве только из-за ситуации в экономике у клиентов возникают симптомы «провисания», когда они не укладываются в графики погашения процентов и тела кредита?

В. Ч.: Из своего личного опыта и как банкира, и как производственника считаю, что проблема в бизнесе возникает тогда, когда его владельцы или управляющие менеджеры не рассчитывают своих сил и возможностей, реально переоценивая их, что обнаруживается при появлении первых, причем, самых маленьких и незначительных проблем. Понятно, что всегда хочется развиваться быстрее и зарабатывать больше. Но когда люди начинают без оглядки и анализа рисков тратить оборотный капитал на инвестиции, возводя, в лучшем случае, новые производственные корпуса или монтируя современные и дорогие линии, а в худшем случае, покупая роскошные дома и дорогие автомобили, то их неминуемо подстерегают финансовые проблемы.

Замечу, тот же спрос валится не моментально. Динозавры вымерли не за один год. Климат начинает меняться медленно, поэтому все те, кто приспосабливается к изменениям, как правило, выживают. Ну а те, кто этого не делает, они, как ни печально это прозвучит, вымирают. Причем, это относится ко всем видам деятельности. При любом роде занятий крайне важно и нужно часть денег постоянно тратить на анализ того, что происходит внутри предприятия, банка, страны, региона, чтобы делать правильные выводы при принятии важных решений.

«И.»: Вы преднамеренно «уходите» от ответа на вопрос о политике «смягчения» регулятора.

В. Ч.: При любом форс-мажоре было бы неплохо, если бы государство или его институты вмешивались в ситуацию и реально помогали. Но такую помощь следует рассматривать сквозь призму возможностей у государства. Ведь государство по большому счету – это своеобразная касса взаимопомощи. Если в нее никто не вносит денег, а только хочет брать, то помощи ждать не стоит. Функции у государства специфические, и они вовсе не должны заключаться в помощи тому, кто купил Mercedes или комфортабельный дом, оставив коллектив без зарплаты. Как правило, все те, кто рассчитывают свой бизнес, стремятся учитывать всевозможные риски, не попадают резко в плохую ситуацию. Помощь государства экономическим агентам не является первоочередной и приоритетной, и в этом ни в коем случае не стоит винить государство.

«И.»: Что в рамках «дозволенного» можете сказать про диагностику в Moldindconbank, которую прошли два других крупных банка страны?

В. Ч.: На эти три банка приходится две трети рынка. Рекомендация международных финансовых институтов регулятору рынка о целесообразности проведения диагностики в трех ведущих банках страны, после случившегося с выводом денег из трех ликвидируемых банков, сродни той, когда, обжегшись на горячем молоке, дуют и на холодную воду.

Банковская система не любит непрофессиональной возни вокруг нее. По большому счету, случившимся с тремя банками, должны заниматься НБМ и следственные органы, специалисты и профессионалы. А вот когда об этом начинают рассуждать все, кому не лень, вынося диагноз банковской системе в целом и отдельным банкам в частности, это не есть хорошо. Любой экономический агент, а тем более банк, чувствительно реагирует и даже страдает, когда на него ведется информационная атака.

К сожалению, никто из тех, кто выносит столь поспешные диагнозы банкам и банковской системе, не берет во внимание ее основные показатели и параметры. Ведь если посмотреть на них, то нет никакого сомнения в том, что банковская система в Молдове здоровая. Что я имею здесь в виду в первую очередь? Это, конечно же, достаточность капитала: есть ли у банка достаточные собственные ресурсы, чтобы он мог покрыть свои возможные потери будущих периодов.

Часть III. Ликвидность банков вдвое превышает нормативы регулятора рынка

«И.»: И что, они у банков есть в наличии?

В.Ч.: Если мы посмотрим на эти показатели банков РМ, то у всех достаточность капитала за 20%, хотя норматив этого важного показателя, установленный НБМ, составляет 16%. На сегодня нет единого взгляда на показатель «достаточности капитала». К примеру, сегодняшние требования к нему Комитета Базеля составляют 8%. Но во времена кризиса многие банки в Европе имели достаточность капитала на уровне 4-5%.

И еще один важный момент - показатель ликвидности по банковской системе. В настоящее время она зашкаливает за 40%, при регламенте НБМ в 20%, а по международным нормам этот показатель еще ниже. Но авторы сомнительных диагнозов продолжают делать далеко идущие выводы, не утруждая себя обоснованиями, что только еще больше вводит многих в заблуждение.

Здесь важен еще один аспект проблемы. Мы понимаем, что рынок «просел». Поэтому и сам банк применяет чрезвычайно консервативную политику в отношении оценки рисков. Мы сейчас оцениваем свои возможные потери, формируя на всякий случай хорошую подушку безопасности. На это уходит практически вся заработанная прибыль. Фонд риска, который мы сейчас формируем у себя в банке за счет прибыли, представляет для MICB важный и необходимый буфер. Мы прекрасно понимаем, что при любом непредвиденном «ударе», он позволит смягчить его последствия.

«И.»: Совет и правление Moldindconbank ведут поиск стратегического инвестора, когда на рынке для этого не самая благоприятная ситуация, как вы сами сказали, это время «покупателей», а не «продавцов». Банк к этому подвигает ситуация, или это планомерная реализация стратегии собственников MICB?

В.Ч.: Молдавская банковская система формировалась из двух направлений – на базе уже существовавших банков и вновь создаваемых финансовых учреждений в стране. При этом капитал банков увеличивался за счет нераспределенной прибыли и новых эмиссий акций, которые в основном приобретались, как правило, экономическими агентами, которые являлись клиентами банков, частично физическими лицами, а также нерезидентами из ближнего зарубежья. Внешние партнеры не говорят это прямо, но недвусмысленно дают понять, какими должны быть сегодня акционеры, могут ли они быть акцептованы.

Сейчас вопрос ставится таким образом, что все акционеры банков должны быть акцептованы регулятором рынка, независимо от доли, которой они обладают в капитале банка. Считается желательным и самым приемлемым, чтобы акции так называемых неинституциональных акционеров, которые на первых порах активно участвовали в развитии банков РМ, переходили крупным банковским структурам Европы, международным финансовым организациям или инвестиционным фондам. Мне кажется, что, представляя и понимая такую перспективу, собственники Moldindconbank пришли к выводу о целесообразности поиска стратегического инвестора для MICB.

«И.»: И как это им представляется сделать?

В.Ч.: Здесь наиболее вероятны два способа действий: либо группа акционеров формирует мажоритарный пакет акций и продает его крупному западному банку, либо собственниками MICB принимается решение о выпуске дополнительной эмиссии акций, специально предназначенной, скажем, для ее выкупа инвестиционным фондом или иностранным банком.

И.»: Но ведь сейчас на рынке время «покупателей»…

В.Ч.: Да, это так и есть на самом деле, и акционеры Moldindconbank это понимают. Но это вовсе не означает, что в данное время не нужно заниматься поиском инвестора для банка. Сегодня рынок плохой, но все меняется, и завтра молдавский рынок будет становиться лучше, а значит, привлекательнее для инвесторов. Именно с прицелом на улучшение и выправление ситуации в экономике РМ мы в настоящее время плотно работаем сразу с несколькими авторитетными финансовыми институтами западной Европы. Мы ведем переговоры на предмет того, чтобы они выступили финансовыми консультантами в деле продажи мажоритарного пакета MICB, или же сами зашли в банк. Параллельно с этим мы заказываем собственную аудиторскую оценку (диагностику), чтобы определить реальную стоимость своих активов.

На данном временном отрезке перед менеджерами Moldindconbank стоят две важные задачи. Первая заключается в том, чтобы успешно завершить переговоры по поиску финансового консультанта для привлечения инвестора для MICB. Вторая – провести диагностику и оценку стоимости банка, которая покажет уровень качества этого актива. Я не исключаю, что по результатам диагностики мы подготовим специальный план, реализация которого поможет улучшить качество актива, что позитивно скажется на стоимости банка.

Поиск по сайту:
INFOTEL
0 800 11111
Банковские карты
(+373) 22 54-89-40